Аарон Десснер - продюсер, который помогает поп-музыке звучать искренне
Аарон Десснер привык работать не только с музыкой, но и с атмосферой вокруг неё. Продюсер и участник рок-группы The National помогает артистам находить звучание, в котором важны не безупречный лоск и громкие эффекты, а живые инструменты, пространство и ощущение личного разговора. Среди музыкантов, с которыми он сотрудничал, - Тейлор Свифт, Ноа Кахан, Грейси Абрамс, Лауфей и Эд Ширан.
Одно из мест, где особенно заметен его подход, - Long Pond Studio в долине Гудзона, штат Нью-Йорк. Именно там Кахан записывал несколько песен для альбома *The Great Divide*. Пластинка начинается с неторопливой фортепианной мелодии: она постепенно проступает сквозь тёплый летний гул и стрекот насекомых. Это вступление задаёт настроение перемен и подготавливает слушателя к размышлениям певца о родном городе и о том, как изменился его взгляд на него.
Десснер считает, что природа вокруг студии помогает Кахану почувствовать связь с местом, где тот вырос. Здесь легко отвлечься от привычной индустриальной суеты: вокруг поля, высокие ивы и вода, а ближайшие звуки - не шум улиц, а голоса лягушек и сверчков. Для некоторых приезжих такой покой оказывается непривычным: кто-то не может уснуть из-за ночного стрекота, а кого-то настораживает медведь, обитающий у пруда.
Снаружи студия похожа на скромный деревянный сарай. Когда-то в здании действительно держали лошадей. Более десяти лет назад Десснер вместе с семьёй переехал сюда из Бруклина. Внутри - просторное помещение с высокими потолками, кедровой отделкой и инструментами, расставленными по комнате. Большие окна выходят на пруд, давший студии название. По замыслу музыканта, видеть воду можно почти из любой точки.
На той же территории находится семейный дом Десснера и комната, где обычно останавливаются приглашённые артисты. Такая организация превращает запись в более продолжительный процесс: музыканты могут не приезжать на пару часов, а пожить рядом со студией и погрузиться в работу. Грейси Абрамс, например, проводила там несколько недель. По словам Десснера, уединение и отсутствие привычного городского ритма могут сначала удивлять, но помогают сосредоточиться.
Особую известность Long Pond получила в 2020 году, когда Тейлор Свифт приехала туда для записи концертной версии альбома *Folklore*. Вместе с ней и Десснером работали Джек Антонофф и звукоинженер Лора Сиск. Позже появился документальный фильм *Folklore: The Long Pond Studio Sessions*. До этого Свифт и Десснер создавали материал удалённо, в условиях пандемии, - заметный поворот после синти-поп-звучания её альбома *Lover*, выпущенного годом ранее.
*Folklore* стал одной из наиболее признанных работ Свифт и положил начало многолетнему творческому сотрудничеству с Десснером. Успех этой пластинки изменил и его профессиональную роль: музыкант, прежде всего известный как участник The National, оказался востребованным продюсером для нового поколения поп-исполнителей и авторов песен.
В работе Десснер участвует и в творческих, и в технических решениях - от поиска музыкального направления до записи отдельных партий. Его продюсерская манера часто строится на живом звучании и внимании к деталям: вместо того чтобы заполнять каждую паузу, он оставляет музыке воздух. В результате запись может казаться не отполированной до блеска, а обжитой и близкой - словно слушатель оказался в комнате, где песня только что родилась.
Как правило, сотрудничество начинается с личного знакомства. Десснер встречает будущих партнёров через друзей, коллег или на церемонии "Грэмми". Это не означает, что общий круг знакомых гарантирует удачный результат: важнее, чтобы музыканты могли доверять друг другу и спокойно пробовать разные решения. В камерной обстановке Long Pond исполнителю проще отойти от привычного образа и услышать собственную песню иначе.
Путь к этой работе начался задолго до успеха Свифт. В детстве Десснер учился играть композиции Grateful Dead, а затем вошёл в нью-йоркскую инди-сцену. В 1990-х он и его брат-близнец Брайс вместе с друзьями из Огайо создали The National. Опыт групповой работы повлиял на его продюсерское мышление: в песне важны не только голос и текст, но и то, как музыканты взаимодействуют, где звучание становится плотнее и где ему, напротив, нужно отступить.
Десснер не стремится навязать артисту единую формулу. Его задача - понять, что именно песня должна передать, и подобрать для этого подходящую среду и звук. В одном случае на первом плане оказывается тихое фортепиано, в другом - ансамблевая игра или атмосферные детали. Такой подход особенно полезен авторам, чьи песни держатся на личных историях: слишком выверенная аранжировка способна заслонить переживание, тогда как сдержанная подача оставляет его в центре внимания.
Поэтому Десснера нередко воспринимают как проводника к более подлинному звучанию поп-музыки. Он не столько меняет индивидуальность исполнителя, сколько помогает ей проявиться яснее. Его работа с Каханом, Абрамс, Лауфей, Шираном и Свифт показывает, что современная поп-песня может опираться на простую мелодию и живые инструменты, не теряя масштаба и выразительности.
В этом году сразу несколько альбомов, над которыми работал Десснер, - в том числе релизы Кахана, Абрамс и Бранди Карлайл - могут претендовать на номинации "Грэмми". Кроме того, музыкант впервые может получить номинацию в категории "Продюсер года" в неклассическом жанре. Академия звукозаписи уже отмечала его работу с Тейлор Свифт и творчество The National, однако новый этап карьеры показывает: влияние Десснера давно вышло за пределы инди-рока. Он помогает артистам создавать песни, которые звучат масштабно, но при этом сохраняют ощущение личной истории.